Фортепианная музыка Равеля

Как и Дебюсси, Равель много сочинял в области фортепианной музыки, создав свой особый фортепианный стиль. Он тоже был блестящим пианистом и часто исполнял свои сочинения. Произведениями для фортепиано Равель начал свой творческий путь, поэтому можно сказать, что именно здесь формировалась его творческая индивидуальность.

И Дебюсси, и Равель обновили фортепианную музыку, опираясь на сходные истоки – романтический пианизм и творчество французских клавесинистов. Но если Дебюсси претворял, главным образом, шопеновскую традицию, то Равелю ближе был Лист.

«Старинный менуэт» – первое сочинение, которое Равель счел достойным публикации – свидетельствует о его стремлении к возрождению старинных национальных жанров, что является важной приметой неоклассицизма. Близость к этому течению проявляется у Равеля более определенно, чем у Дебюсси, особенно в поздних сочинениях («Гробнице Куперена» и 1-м фортепианном концерте, стилизованном в духе Моцарта).

Уже ранние фортепианные сочинения Равеля можно назвать подлинными шедеврами – это «Павана на смерть инфанты» и «Игра воды».

Популярность «Паваны» во многом объясняется напевной, вокальной по природе мелодией. Она неотделима от фактуры и, вместе с тем, не заслоняется ею. Простая на первый взгляд, эта мелодия оригинальна и характерна для Равеля: в ней избегается вводнотоновость. Характер пьесы созерцательно-спокойный, в котором чуть ощутима светлая печаль. От лирического образа уснувшей инфанты смысловые нити тянутся к сюите музыкальных сказок «Матушки гусыни» (так во Франции называют няню).

«Игра воды» – образец импрессионистической красочности, который можно поставить в один ряд с такими «манифестами» импрессионистского стиля, как картина Клода Моне «Восход солнца» или оркестровая прелюдия Дебюсси «Послеполудень фавна». Созданная в 1901 году, эта пьеса предшествовала импрессионистским фортепианным произведениям Дебюсси; таким образом, Равель с полным правом может оспаривать у Дебюсси славу основоположника нового фортепианного стиля.

Поэзия водной стихии – излюбленная тема фортепианной музыки, особенно романтической. Фактура «Игры воды» показывает, что Равель многое воспринял от живописных пьес Листа из цикла «Годы странствий» («У ручья», «На Валленштадском озере», «Фонтаны виллы д,Эсте»). Развивая эти традиции, композитор создает колоритную пейзажную зарисовку, музыка которой в своем непрерывном движении никуда не стремится: она фиксирует «прекрасное мгновение».

Таким же поэтическим настроением окрашена Сонатина (1905). Она состоит из трех миниатюрных частей, лишенных сильных контрастов. Лирическая напевность I части сменяется танцевальной грацией Менуэта и четкой пассажностью финала. Общая композиция объединяется тематической «аркой»: главная партия первой части возвращается в слегка измененном виде в побочной партии финала.

Совсем иная атмосфера – в фортепианном цикле «Ночной Гаспар» (1908). Это первое проявление драматизма в творчестве Равеля. Здесь получила развитие традиция «мефистофельских» образов Листа. Цикл состоит из трех пьес: «Ундина», «Виселица», «Скарбо», в музыке которых преобладает атмосфера мрачных видений.

Следующее сочинение для фортепиано – «Моя матушка – гусыня» – цикл 4-ручных детских пьес:

  • «Павана Спящей красавицы»,
  • «Мальчик-с-пальчик»,
  • «Дурнушка, императрица китайских статуэток»,
  • «Разговор Красавицы с Чудовищем»,
  • «Волшебный сад».

Они словно перенося слушателя в мир детства, добрых фей. Равель впоследствии создал оркестровый вариант этого цикла, а потом, сочинив сценарий, превратил его в детский балет «Сон Флорины», сюжет которого напоминает сказку о Спящей красавице.

Аналогичным образом фп. цикл «Благородные и сентиментальные вальсы» со временем был переработан в балет «Аделаида, или Язык цветов».

Последнее произведение Равеля для фортепиано – сюита «Гробница Куперена». По словам самого композитора, это памятник всей французской музыке XVIII века. Состоит из 6 пьес: прелюдия с фугой предваряют три танца – форлану, ригодон, менуэт, после чего следует финальная токката. Первой исполнительницей цикла стала Маргарита Лонг.